пятница, 19 ноября 2010 г.

"Любовь к чтению никогда не бывает безответной"

Творчество, как известно, это инновационная деятельность, в основе которой лежит создание нового: новых ценностей, теорий, гипотез, открытий, утверждение новых традиций, идеалов, концепций.
Способность к творчеству как потребность к самореализации изначально присуща человеку. Благодаря этой способности человек не просто приспосабливается к окру­жающему миру, реагирует на него, но и обновляет его. В творческих способностях скрыты огромные естественные ресурсы, обусловливающие прогресс и конкурентоспособность нации. Как и любая способность, она лишь потенциальна. Она может быть развита, а может быть — и нет. Одним из мощных средств ее актуализации и активизации является чтение.
Опыт детского чтения знаме­нитых людей России, собранный в Хрестоматии "Школа чтения" (М.: 2006), пока­зал, что импульс к твор­честву (литературному, изобразительному, ак­терскому и иному) они получили именно в про­цессе этого опыта.
Чтобы убедиться в этом, стоит прочитать воспоминания Короленко, Вересаева, Швар­ца, Андрея Белого, Маршака и др. Сошлемся для примера на опыт Ивана Бунина. "С этими томиками (имеются в виду томики Сумарокова, Державина, Батюшкова, Жу­ковского и др.), я пережил все свои первые юношеские мечты, первую полную жаж­ду писать самому, первые попытки утолить ее". Вот что он рассказывает об одной из таких попыток, к которой подтолкнула его повесть Н. Радищева с поразившей юношу фразой: "Я взглянул окрест — душа моя страда­ниями человечества уязвле­на стала!"
"Выйдя под вечер из библиотеки, я тихо шел по темнеющим улицам, Там и сям падал медленный звон... В небе маячили очерта­ния крыш старых домов, непонятная успока­ивающая прелесть этих очертаний. Старый человеческий кров — кто об этом писал? За­жигались фонари, тепло освещались окна магазинов, чернели фигуры идущих по тро­туарам, вечер синел, как синька, в городе становилось сладко, уютно... Я, как сыщик, преследовал то одного, то другого прохоже­го, глядя на его спину, на его калоши, стара­ясь что-то понять, поймать в нем, войти в не­го... Писать!".
Способность к творчеству в процессе чтения проявля­ется в рождении у читателя собственных образов, мыс­лей, вопросов, идей, ассоци­аций, чувств, которые возни­кают в ответ на прочитанное. Чужая мысль, чужое чувство, чужие образы не просто вос­создаются в голове читателя, а преобразуются им, соеди­няясь с опытом собственных жизненных и читательских впечатлений, переживаний, желаний.
Теоретики творчества — психолог Л.С. Выгодский, фи­лософ Н.А.Бердяев, педагог В.А.Сухомлинский,     искусствовед О.Л.Некрасова-Каратаева и др. выде­ляют в творчестве два этапа.
Первый — сам процесс преобразования слова в образ, мысль, чувство. Этот процесс Н.А.Бердяев назвал взлетом души, когда че­ловек воображает, комбинирует, изменяет, дополняет и создает нечто новое в своем соз­нании. Второй этап — когда на базе "взлета души" при определенных волевых усилиях, мотивации и саморазвития создается реаль­ный творческий продукт, который может стать вкладом в культуру. Как происходит это слия­ние, покажем на примере воспоминаний В.Ве­ресаева.
"Дело было так. Я перечитывал "Дворян­ское гнездо" Тургенева. Помните, как теплою летнею ночью Лаврецкий с Леммом едут в ко­ляске из города в имение Лаврецкого? Едут и говорят о музыке. Лаврецкий уговаривает Лемма писать оперу. Лемм отвечает, что для этого он уже стар. Но если б я мог что-нибудь сделать, — я удовольствовался романсом, ко­нечно, я желал бы хороших слов... Он умолк и долго сидел неподвижно, подняв глаза на не­бо. — Например, — проговорил он, наконец, — что-нибудь в таком роде: вы, звезды, о вы, чистые звезды!.... Вы взираете одинаково на правых и виновных... Лемм чувствовал, что он не поэт, и Лаврецкий то же самое чувствовал. Но я — пишет далее Вересаев, — вдруг почув­ствовал, что я поэт! Помню, солнце садилось, над серебристыми тополями горели золотые облака, в саду под окнами моей комнаты цве­ли жасмин и шиповник. Душа дрожала и слад­ко плакала, светлые слезы подступили к гла­зам. И я выводил пером: "Звезды, вы, звезды, скажите мне, звезды, зачем вы блестите таким кротким светом, таким тихим светом, прек­расным огнем?". И много еще, много шло строф... Если бы тогда у Лемма были эти мои стихи, он, наверно, написал бы прекрасней­ший романс. Никогда я ничего впоследствии не писал в состоянии такого поэтического волнения и почти экстаза".
Какой вклад в культуру могут внести люди с помощью чтения, я увидела совсем недавно, побывав на выставке книг, созданных читате­лями Российской национальной библиотеки, записанных в библиотеку с 2000 года. Это бы­ли сотни книг из разных областей знаний — политики и медицины, биологии и техники, филологии и культурологии, продвинувшие страну вперед. Были среди них и художественные произведения, и мемуары, и публи­цистика, и эссе. Первоначально все это богат­ство возникло в головах читателей как "взлет души" и реализовалось в собственном интел­лектуальном продукте — книге. Глядя на эту выставку, я вспомнила биографию Сергея Ко­ролева — ведь идея стать создателем косми­ческих ракет и посвятить этому жизнь пришла к нему из книг Циолковского, прочитанных в юности.
А начинается творец с творческого чтения. В этой связи представляется знаменательным факт, о котором я узнала на Круглом столе, посвященном проблеме детского чтения и взаимодействию различных информационных каналов с целью повышения общего культур­ного уровня школьников, прошедшем в Моск­ве в рамках IV эстафеты "Откройте книгу де­тям" (ноябрь 2006). Представитель Фонда академика Виталия Лазаревича Гинзбурга — лауреата Нобелевской премии в области фи­зики — рассказал, что усилия фонда направ­лены на формирование у подрастающего по­коления моды на интеллект, на инновацион­ное мышление, мотивацию на творчество. Эта идея, по мнению самого Виталия Лазаревича, должна стать ключевой для нашего школьного и вузовского образования. Он считает утрату мотивационного потенциала у подрастающего поколения на творчество главной бедой сов­ременного отечественного образования. В ос­нову этого начинания Фонд положил чтение и его главную движущую силу — детскую библи­отеку.
Именно детская библиотека, по его мне­нию, способна раскрепостить в детях творчес­кую энергетику через чтение. Эту задачу он считает самой главной для всех, кто, так или иначе, популяризирует чтение в нашей стра­не. Именно она лежит в основе развития творческого потенциала нации. Ученый считает, что творчество, рождаемое в процессе чте­ния, доступно каждому. А начинается оно с возникновения у читателя собственных мыс­лей, чувств, образов в ответ на прочитанное.
В творческих возможностях чтения, как уже говорилось, скрыты огромные интеллектуаль­ные ресурсы, богатство будущего. Вот почему идеи, заложенные в проекте Фонда академика Гинзбурга, мне представляются в высшей сте­пени плодотворными. Но для того, чтобы эти идеи воплотились в жизнь, нужны творческие педагоги и библиотекари.  Нужны личности. Нужна высокая литература, способная дать толчок творческому чтению.
Модель творческого чтения в форме, дос­тупной даже ребенку, раскрыла писательница Мариэтта Шагинян, которая много размышля­ла о сущности чтения. Модель эта сводится к двум взаимосвязанным элементам: получаю — отдаю.
Вот как она объясняет ее. «Обычно, когда советуют прочесть хорошую книгу, говорят: "Она тебе много даст!". Когда располагаются вечером к чтению, лежа в постели, при нас­тольной лампе, посасывая при этом конфетку, пассивно ждут, как бы растворив все свои двери, именно принятия, чем сейчас будет одаривать вас хорошая книга. Но это не чте­ние. Это как набирать дождик в сито». «Оказы­вается, чтобы книга вам дала, — объясняет далее писательница, — вы ей сами должны дать". Отдача-получение, вечная великая дво­ица жизни, она же и двоица чтения. А начинается она с "думы" читателя, которую он отдает книге. От книги — читателю, от читателя — книге. «Происходит вот что: по мере углубле­ния в книгу вы начинаете давать ей все больше и больше, увеличивая свою отдачу за счет по­лучения, как сыплющийся песочек в песочных часах. Но все увеличивающаяся отдача, то есть все более умное и глубокое ваше проникновение в книгу, — примысливанье ваше к по­ложениям книги, суд над ней, оценочное вос­приятие красот ее языка, стиля, образов, афо­ризмов, — как внезапно перевернутая склянка песочных часов, где от поворота весь как бы высыпавшийся от вас песок в книгу оказыва­ется снова наверху, у вас у самого, над книгой, — превращается в получение — отдача стано­вится получением».
Начинается читательское творчество с во­ображения. Работа воображения — важней­ший способ выйти за пределы личного прак­тического опыта, психологическая предпо­сылка развития способности к творчеству.
Хотя термин "творческое чтение" можно часто слышать в педагогической и библиотеч­ной среде, ему как "получению-отдаче" уделя­ется внимания мало. Традиции такого чтения у нынешних детей, читающих преимущественно из деловых соображений или ради развлече­ния, утрачиваются, если их специально не поддерживать.
Нынешняя шкала ценности чтения занижена: она в целевых установках не поднята ни до уров­ня "взлета души", ни до уровня интеллектуального продукта. Поставленная в Национальной программе "Чтение" цель — развитие чита­тельской компетенции — не тождественна твор­ческому чтению. Если взглянуть на эту цель с той высоты, какая предложена Фондом академика Гинзбурга, а именно с развития творческого чте­ния как залога творчества нации, то цель прог­раммы выглядит гораздо менее значимой. Чита­тельская компетентность (осведомленность) — лишь поверхностный слой культуры чтения, не выходящий за рамки потребления (получения). На читательскую компетентность, на проверку знания учащимися имен писателей, названий их произведений и основных героев направлено нынче тестирование по литературе, введенное в Единый государственный экзамен школьников. На читательскую компетентность рассчитаны также многочисленные телевизионные игры ти­па "Самый умный" или "Кто хочет стать миллио­нером?". Ее во главу угла ставят составители викторин, кроссвордов и других подобных мате­риалов для проведения досуга их потребителей. В самой компетентности нет ничего плохого. Дай Бог, чтобы все люди были знающими. Одна­ко надо признать, что за компетентностью не­редко скрывается пустота. Много читающих и много знающих (компетентных), но подчас лишь "дегустирующих" литературу людей писатель Солженицын назвал уничижительно — "образованцами", а Виктор Астафьев — "интеллектуалами-верхушечниками".
Об одном таком читателе-подростке рас­сказала на страницах журнала "Библиотеч­ное дело" (2005, № 1) Надежда Васильевна Логинова — главный специалист отдела ин­формационных технологий Свердловской ОЮДБ в статье "Нет, он не Гарри. Портрет читателя в юности". Это завсегдатай библио­теки. Он хорошо знает фонд всех отделов библиотеки. Он мальчик без комплексов. В выборе книг пользуется СБА и библиографи­ческими пособиями. Читает много, в большин­стве случаев по велению души. Рано освоил Интернет. Он сообразителен, самодостато­чен и честолюбив. Конкурентов в чтении не терпит. Ответы на вопросы телевизионной игры "Самый умный" щелкает как орешки. Библиотекари считают, что это будущий оте­чественный интеллектуал. Они назвали его "почти идеальный читатель". Но почему "поч­ти"? А "почти" потому, что он технологичен и излишне рационален. Его личность развива­ется вне контекста прочитанной литературы. Творческие работы этого мальчика оставляют желать лучшего. Социум его мало интере­сует, друзья тоже. Это самодовольный и эгоистичный эрудит. От его читательской компе­тентности никому не стало лучше. Не случай­но Н.В.Логинова, говоря о нем, вспоминает Артемиуса Фаула — вундеркинда, вынашива­ющего в себе разрушительные планы. Россия должна стать конкурентоспособной не в силу читательской компетенции ее граждан, а в силу роста интеллектуального, нравственно­го и творческого потенциала нации за счет энергии чтения.
Импульс к творчеству, полученный в ходе чтения, усиливаясь и укрепляясь, способен двигать читателя к "творчеству жизни" (тер­мин Н.А.Рубакина). Свидетельством тому яв­ляется жизнь замечательных людей и жизнь замечательных читателей. Нам есть у кого учиться: стоит возродить наши отечествен­ные традиции творческого чтения, направ­ленные на глубину освоения печатного текста и на соответствующую отдачу в виде "взлета души", трансформированного в создание. Ориентация Программы "Чтение" на такую цель обеспечила бы ей подлинный нацио­нальный характер — и по названию и по су­ществу.
Творческое чтение, как показывает опыт, может быть как непроизвольным, таким, например, каким оно рождалось в чтении самой Мариэтты Шагинян, а может быть специально стимулированным. Известны программы творческого развития детей в Липецкой, Пермской ОДБ, в Удмурской республиканской детской библиотеке, в Краснодарской крае­вой им. братьев Игнатовых и других библиоте­ках страны.
В этой связи мне представляется перспек­тивным учреждение газетой "Книжное обозре­ние" (№ 46, 2006) независимой премии "Чита­тель" для поддержки творческого дара чтения. Единственным критерием оценки выдвинуто творческое прочтение текста, когда читатель — соавтор, а не потребитель информации, когда цель — не читательская компетентность, а личный опыт переживаний и размышлений читателя.
В качестве примера библиотечной работы, направленной на развитие творческого чтения детей 9-14 лет, я хочу привести оригинальный опыт Челябинской ЦГДБ им. М.Горького (ав­тор проекта Н.К.Сафонова). Суть его состоит в следующем: в игровой форме детям предлагались применительно к сказкам Андерсена три вида заданий: "искалки", "рассуждалки", "сочинялки". "Искалкам" надо было отыскать в тексте определенную информацию, "рассуждалкам" — интерпретировать те или иные кол­лизии сказки, "сочинялкам" представлялась возможность реализовать те творческие импульсы, которые возникли в ходе связи с худо­жественным текстом. В игровом буклете пред­лагались "сочинялки" двоякого рода: визуаль­ные и словесные. Читатели создавали новые цветные картинки для зонтика Оле Лукойе, но­вые вывески и флюгеры для своего города, творили удивительных цвето-бабочек, сочиня­ли свои сказки и истории, вдохновленные ве­ликим сказочником. Пребывание в художест­венном мире Андерсена, направленное биб­лиотекарями на глубину текста, на ту реакцию, какую можно назвать "получаю-отдаю", стиму­лировало настоящий креативный взрыв. (См. журнал "Школьная библиотека", 2006, № 5). Этот опыт методически ценен тем, что к твор­ческому чтению ребенка подводят постепен­но, поднимая его словно по ступенькам к вер­шине культуры чтения. Участвуя в игре, дети не только вошли в пространство текста сказок Андерсена, они, как делает вывод автор про­екта, — "Бесконечное пространство открыли и в себе". Предлагая ситуации — создай сам, придумай название, дай имя и др. — библио­текари не только усиливали читательскую энергетику детей, они усиливали и мотива­цию, направленную на творчество, выходящее за рамки чтения.
Могут сказать, что творчески читать и создавать интеллектуальные продукты спо­собны только одаренные дети. Действитель­но, у одаренных детей больше раскрепоще­на творческая энергия. Мы знаем подрост­ков, удостоенных значка "Национальное достояние" и получающих персональную стипендию Президента. Еще учась в школе, они проводят исследования и создают про­екты на уровне кандидатских и докторских диссертаций. Но, говоря о творческом чте­нии как о предпосылке развития творческо­го потенциала личности, мы имеем в виду любого ребенка, кого с раннего детства ориентировали не на читательскую компетен­тность, а на развитие сердца и разума. Именно таких детей растила Россия в предшествующие века, именно в таких она нуж­дается и сегодня.


Тихомирова И.И. Творческая энергия чтения // Школьная библиотека. – 2007. - №4. - С.30-33.
Название статьи - цитата Полины Дашковой.





Комментариев нет:

Отправить комментарий

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...
Related Posts with Thumbnails